• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Italiano

Даниил Охотников, Елена Шкапа и Мария Яшина с теплотой о тёплом языке

Jonathan Bean / Unsplash

Охотников Даниил Игоревич

приглашенный преподаватель факультета мировой экономики и мировой политики, приглашенный преподаватель школы иностранных языков

Шкапа Елена Сергеевна

старший преподаватель школы иностранных языков

Яшина Мария Геннадьевна

приглашенный преподаватель факультета мировой экономики и мировой политики, приглашенный преподаватель школы иностранных языков

— Как получилось, что основным иностранным языком для вас стал итальянский? С чего началась ваша история его изучения?

Даниил Охотников

Здесь сошлись личный выбор и то, что я, вспоминая, неизменно называю благословенной случайностью. В школе моим единственным иностранным языком был английский, который со свойственным возрасту максимализмом я полагал освоенным в достаточной степени; во всяком случае, полученных знаний хватило, чтобы с отличием сдать вступительный экзамен на филологический факультет МГУ. В выпускном классе я проявлял интерес и к другим языкам, в частности к испанскому и турецкому, но интерес скорее дилетантский: было ясно, что иностранные языки мне небезразличны в принципе, и мне не хотелось ограничиваться английским. Однако при распределении по языковым группам на первом курсе филфака меня определили в одну из английских групп, что меня порядком расстроило, ведь хотелось изучать новый язык. Здесь и наступил судьбоносный момент: я, не посоветовавшись ни с кем, пошел к замдекана и, несмотря на ее уговоры («ну зачем вам менять язык, весь мир учит английский, придете потом переписываться»), написал заявление о переводе в группу итальянского, которая, к слову, открывалась на моем отделении раз в пять лет. Почему итальянский? Выбор был небольшой: с нуля предлагались пугавший на тот момент немецкий, казавшийся чрезмерно экзотическим финский и собственно итальянский, родственный уже немного знакомому испанскому. Важно, что это было мое первое действительно самостоятельное решение, и, что любопытно, больше всего критики я получил в собственной семье, где и много лет спустя, вплоть до начала моего преподавания в университете, мне не уставали напоминать, что, дескать, с английским перспектив было бы значительно больше.


[1] Новосибирский государственный университет.

[2] Всероссийская олимпиада школьников.

Ali Nuredini / Unsplash

Елена Шкапа

Очень часто школьники и студенты приходят к изучению иностранного языка после путешествия в одну из стран: после каникул, проведенных в Барселоне, начинают заниматься испанским языком, после Берлина – немецким, после Парижа – французским и т.д. Однако моя история началась в Новосибирске, в НГУ[1]. После того как я поступила на филологию по ВсОШ[2], мне предстояло выбрать один из европейских языков. Вариантов было несколько: английский, немецкий, французский или итальянский. Язык Данте был, безусловно, самым экзотическим, никакой другой из предложенных европейских языков не привлекал меня настолько сильно. Кроме того, в отличие от столичных вузов, в Новосибирске итальянский язык можно было учить только в двух университетах в городе.

На тот момент я еще не представляла, чем буду заниматься в будущем, тем более – что буду преподавать.

Когда мои друзья и коллеги в Италии узнают, где я выучила язык, почти все удивляются, поскольку для многих Сибирь и Новосибирск – это «где-то очень далеко». Некоторые недоумевают, как можно дойти до уровня С2 так далеко от Италии. Хотя, на мой взгляд, конечно, самого настоящего восхищения достойны мои русскоязычные преподаватели, выучившие язык практически без контакта с носителями, как, например, Галина Муравьёва.

Christopher Czermak / Unsplash

Но вернемся к Новосибирску. Самой главной причиной, подтолкнувшей меня именно к итальянскому языку, стала моя старшая сестра. К тому времени она уже училась на 3-м курсе, знала все подводные камни, особенности языковых групп и многих преподавателей, в том числе итальянского языка. Узнав, что я решила пожертвовать математикой и пойти на филологию, она начала готовить меня к университету, но больше всего мне запомнились рассказы именно про группы итальянского языка (хотя моя сестра училась на немецком отделении) и их чудесных преподавателей, которые организовывали большое количество внеучебных мероприятий для студентов: просмотр фильмов, совместные обеды и ужины, поездки в другие города Сибири, каникулы на базе отдыха и т.д. Для университетской среды это было очень необычно, поэтому я захотела познакомиться с этими «сумасшедшими» людьми и увидеть все своими глазами.

Могу сказать, что ожидания оправдались, и за пять лет в НГУ я не только выучила язык, но и подружилась с преподавателями. Мы до сих пор общаемся, ездим друг к другу, а с некоторыми из них уже успели познакомиться и мои студенты. Честно говоря, я не думала, каким судьбоносным будет этот выбор, ведь сейчас почти вся моя жизнь связана с итальянским языком и этой страной.

Мария Яшина

Итальянский язык я начала учить в университете как второй (поступала с немецким), а в итоге он стал действительно моим основным иностранным языком. Не могу однозначно сказать, почему так получилось: к немецкому я тоже отношусь очень трепетно. Отчасти это произошло, наверное, потому, что специалистов с итальянским языком не так много, то есть меньше конкуренция и проще найти свою нишу. Об этом я часто говорю студентам, которые боятся выбирать для изучения итальянский язык, руководствуясь его сравнительно небольшой популярностью среди других европейских языков. Конечно, большую роль в моей «итальянской» истории сыграли конкретные люди: мои преподаватели в МГУ, которые приняли меня в свою дружную семью в качестве коллеги, и сами итальянцы, общение с которыми всегда меня вдохновляло как в личном, так и в профессиональном плане. К тому же мои родители по работе периодически сотрудничали с итальянскими компаниями и привлекали меня как переводчика. Если говорить о том, почему я выбрала итальянский для изучения в университете, то помню, что опиралась на интерес к культуре, истории, искусству. Принимала во внимание и то, что у России всегда были тесные деловые отношения с Италией в разных отраслях экономики. Учить итальянский после немецкого и английского было не очень сложно, по крайней мере на начальном этапе: грамматика немецкого будет посложнее. Но легкость итальянского обманчива: все равно нужно прилагать усилия, чтобы освоить лексику, а на продвинутом этапе и грамматика требует внимания. Вообще, изучение любого языка требует кропотливого труда. Но если язык нравится, то этот процесс приносит огромное удовольствие.

Engjell Gjepali / Unsplash

— Что добавило к вашему восприятию языка знакомство со страной, культурой, академической средой носителей языка?

Даниил Охотников

Разумеется, до посещения Италии знакомство с языком носило больше теоретический характер, не надо забывать, что еще 15–20 лет назад обучение языкам по большей части велось по переизданиям советских учебников, прекрасно разъясняющих грамматику, но совершенно не ориентированных на реальное знакомство со страной, на живой диалог с ее обитателями. И конечно, никак не затрагивалось лингвистическое своеобразие Италии – бездна диалектов и вариантов их проникновения в стандартный итальянский. Поэтому первая поездка, предусматривающая месячное посещение курсов университета в г. Перуджа, обернулась чередой потрясений: в какой-то мере язык для общения приходилось учить «заново», но это было дьявольски интересно. Полноценное знакомство с академической средой произошло годом позже в рамках семестровой стажировки в римском университете, и первое, что бросилось мне в глаза, – это доброжелательный настрой, который все без исключения преподаватели демонстрировали в общении со студентами, даже первокурсниками, признавая за ними статус младших коллег. Дело было, конечно, не только в итальянском характере, но больше в традиционной европейской концепции университета, замкнутой корпорации, в которой академическое общение играет первостепенную роль, а собственно обучение – второстепенную/подчиненную. С другой стороны, в университете и вне его стен не могла обойти меня еще одна изюминка итальянской жизни – чрезмерная бюрократия в удивительном сочетании с управленческим хаосом. Студентам были предоставлены широкие права в выборе курсов для индивидуальной образовательной траектории, но разобраться самостоятельно в принципах построения гармоничной программы они были не готовы.

С особым трепетом вспоминаю то безумное количество книг и ксерокопий, которыми пополнялась моя библиотека после каждого посещения Италии. Это сейчас можно позавидовать нашим студентам, имеющим неограниченный доступ к аутентичным материалам в любой форме (но одновременно и посочувствовать, понимая, как сложно ориентироваться в этом потоке). А тогда мне хотелось увезти с собой каждую встреченную книгу, скопировать каждую песню, наделать тысячи фотографий… И все же ничто не заменит впечатлений, родившихся из живого контакта со средой, которая складывалась столетиями, поэтому большую часть стипендии я тратил на путешествия, и сегодня мне бесконечно радостно за учеников, вернувшихся из своей первой итальянской поездки, мне понятны их восторженные рассказы, потому что тот скелет, который мы усердно конструировали в процессе совместной работы, наконец обрел жизнь, наполнился реальным содержанием. На нашем факультете мы готовим специалистов-международников, и я полагаю, что выпускник, собирающийся на равных общаться с видными представителями политических и экономических кругов зарубежной страны, должен обладать по крайней мере базовыми знаниями и в тех областях культуры, в которых она достигла общепризнанных высот, в случае Италии это, без сомнения, архитектура, живопись, опера, дизайн и, разумеется, гастрономия.

Lopez Robin / Unsplash

Елена Шкапа

Когда я выбрала итальянский язык, у меня, конечно, был ряд ожиданий не только от преподавателей, но и от языка. В основном это, безусловно, классический набор: музыкальность, связь с искусством, историей, архитектурой, оперой, средиземноморской кухней, модой и т.д. – словом, всем тем, что изобрела западная цивилизация. Со всем этим я познакомилась гораздо ближе за время учебы в Новосибирске, затем в Москве и в Италии, углубила многие аспекты и добавила новые знания о менталитете, обычаях… Резюмируя этот опыт, я могу сказать о трех аспектах, которые добавились благодаря такому глубокому и разнообразному погружению в итальянский мир, хотя я уверена, что похожим образом меняется восприятие и при контакте с другими иностранными языками.

Во-первых, у меня выработалась способность смотреть на привычные вещи с любопытством. На мой взгляд, это весьма полезный навык, сформировавшийся именно благодаря общению с представителями другой культуры. Это возможность посмотреть другими глазами на то, к чему ты привык, а также вероятность найти решение, применить другой подход к какой-то проблеме, над которой ты размышляешь уже долгое время.

Во-вторых, несмотря на разницу между русской и итальянской культурой, язык стал для меня прежде всего средством общения, дискуссии, спора, тем, что способно объединить представителей разных точек зрения, в том числе в академической среде.

В-третьих, в последние несколько лет, когда я стала не просто наблюдать за продвижением итальянского языка в мире, а участвовать в его распространении, для меня стало более очевидным, насколько важным фактором в создании мягкой силы может быть именно язык. Конечно, если мы посмотрим правде в глаза, Италии продвигать итальянский язык гораздо проще, чем Пакистану продвигать урду или Китаю – китайский.

Популяризация влияет и на итальянскую экономику, на распространение итальянской продукции в мире и на многое другое. Кроме того, восприятие тесно связано и с когнитивными процессами: в мире аромат кофе с итальянским названием воспринимается как самый вкусный, платье итальянского бренда кажется более элегантным, а автомобиль Lamborghini или Ferrari считается наиболее желанным.

Dennis van den Worm / Unsplash

Мария Яшина

Язык немыслим без культуры и страны, и для итальянского языка это, пожалуй, актуально, как ни для какого другого. По опыту могу сказать, что итальянский язык изучают чаще всего не по долгу службы, а по велению сердца. Кому-то нравится само мелодичное звучание языка, кто-то влюблен в искусство эпохи Возрождения, а для кого-то одна случайная поездка в Италию становится судьбоносной. И это я еще не упомянула итальянскую кухню, оперу или кинематограф! А ведь есть еще мода, дизайн, а еще горы и море… У Италии для каждого найдется что-то свое, никого она не оставит равнодушным. Лично я стараюсь учиться у итальянцев отношению к жизни: нужно наслаждаться красотой и эстетикой, работать легко и задорно, почаще радовать себя вкусной едой и общением с приятными людьми. Не будем забывать, что Италия – родина гуманизма! Но это не означает, что в этой красивой жизни, полной удовольствий, нет места труду: итальянцы никогда не добились бы такого успеха на мировой арене (я имею в виду, например, бренд Made in Italy), если бы не умели качественно работать и находить нестандартные решения проблемных ситуаций.

Что касается итальянской академической среды, мое знакомство с ней началось на 4-м курсе во время стажировки в Болонском университете, а точнее, в Школе переводчиков в городе Форли (это пригород Болоньи). И меня поразило то, что занятия проходят в средневековых палаццо! Конечно, и у нас в МГУ некоторые занятия проходили в исторических зданиях, а сейчас в Вышке и подавно много учебных корпусов с историей. Но тогда в Италии меня это потрясло. Позже я училась еще в Венеции, ну это вообще другая планета. Когда ты сидишь в аудитории с оригинальными зеркалами и фресками на стенах и потолке, а за окном кричат чайки и слышен шум воды от проплывающих мимо вапоретто… Это трудно описать словами. С одной стороны, эмоции зашкаливают и непросто сконцентрироваться, но с другой стороны, наоборот, осознаешь торжественность и исключительность момента и стараешься ничего не упустить. Сама академическая среда, то есть атмосфера итальянского университета, на мой взгляд, не так сильно отличается от нашей. Точнее, все зависит от конкретных людей, от коллектива, от кафедры. Пожалуй, как и у нас, в итальянском университете за последние годы многое изменилось: я сравниваю, например, свои впечатления от стажировки во время учебы с рассказами моих студентов, которые ездили по обмену в Италию недавно.

Gabriella Clare Marino / Unsplash

— Какой отпечаток накладывает итальянский язык на постановку и описание научной проблемы? С какими трудностями сталкиваешься при переводе и написании научных статей на этом языке?

Даниил Охотников

Не думаю, что следует искать какого-то исключительного своеобразия в академическом итальянском. Любой язык с многовековой литературной и научной традицией имеет развитый понятийный аппарат и детально разработанный арсенал лексических, грамматических и стилистических средств выражения. Традиционный академический итальянский, несомненно, требует дополнительного изучения, он изобилует устаревшими с точки зрения обиходного языка штампами, пышными формами, утяжеленным синтаксисом. С другой стороны, в последние десятилетия мы видим тенденцию к его упрощению, к сближению с общелитературным итальянским. А с третьей – все больше исследователей, стремясь выйти за пределы итальянских академических школ, готовы писать на английском. Для тех же, кто хочет сказать свое слово на итальянском, рецепт один – читать, читать много качественных научных и художественных текстов.

Мария Яшина

Итальянский язык, как и культура и вся жизнь итальянцев (по крайней мере в нашем представлении), пронизан эстетикой. Он музыкален, мелодичен, и порой даже грамматика обусловлена красотой звучания (отсюда в итальянском языке несколько форм артикля). Не могу сказать, что итальянский язык в моем ощущении влияет на постановку научной проблемы, все-таки научные принципы и логика являются универсальными категориями. Но в итальянском научном тексте, как и в русском, по крайней мере в моем восприятии, больше места для гармонии и изысканности слога, по сравнению с английским. Итальянский язык позволяет внести в научную статью что-то личное, какой-то свой стиль, свою индивидуальность.

22 сентября